«Она смотрела, но уже не видела»: что на самом деле происходило с Елизаветой II в последние годы

По словам биографа Эндрю Лауни, в последние годы жизни Елизавета II страдала от провалов в памяти и могла не узнавать высокопоставленных чиновников. Однако её окружение не согласно с подобными заявлениями.

Скандальное заявление королевского биографа Эндрю Лауни вызвало бурную реакцию в Великобритании: «В конце своего пути Её Величество забывала лица важнейших министров и теряла хронологию событий».

В Букингемском дворце предпочитают не комментировать ситуацию, в то время как близкие королевы вступают в полемику, а публика вновь задаётся вопросом о причинах, по которым принц Эндрю не был изгнан из семьи.

«Ясный ум» против «завесы забвения»: свидетельства о здоровье Елизаветы II в её последние дни

Шестого сентября 2022 года в Бальморале состоялась срочная встреча Елизаветы II с Борисом Джонсоном и Лиз Трасс. Прощальные снимки разошлись по всему свету: тёмные круги под глазами, трость в исхудавшей руке и неровно пристёгнутая пуговица на жакете. В тот момент всё объяснили крайней усталостью. Через двое суток королевы не стало, а месяц спустя в книге Эндрю Лауни «Последняя королева» была опубликована нашумевшая часть под названием «Забвение на троне».

Лауни, ранее возглавлявший журнал The Lady и написавший множество популярных книг о монархии, заявляет, что к 2021 году Елизавета «переставала следить за беседой уже спустя несколько минут». Он ссылается на анонимного служителя двора:

Иную точку зрения высказывает светский хроникёр Ричард Иден, последним из репортёров общавшийся с монархом без протокола.

Из-за чего биограф полагает, что принц Эндрю не был изгнан из-за нездоровья матери

Самый интригующий тезис Лауни — его версия, почему Елизавета не отрешила младшего сына от обязанностей после истории с Джеффри Эпштейном. «Она уже не могла справиться с умственным напряжением: составить распоряжение, завизировать документы, дать пояснения прессе. Фактически, бразды правления держал принц Чарльз, а она лишь выражала согласие», — приводит биограф слова «осведомлённого источника в окружении двора».

Информатор Лауни заявляет, что именно боязнь «утратить самообладание» заставила королеву отказаться от личного приёма генерала Санди Брюстера, которому надлежало сообщить о финансовых злоупотреблениях Эндрю. Вместо этого отчёт выслушал личный секретарь, а резолюция на бумагах была поставлена позднее — чётким, однако неуверенным почерком.

Мнение науки: возможно ли в 96 лет испытывать упадок рассудка и продолжать публичные выступления

Доктор Сьюзан Хилл, специалист по геронтологии из Оксфорда, не наблюдала королеву, но даёт пояснение:

Медицинские эксперты также указывают на эпизод серьёзного недомогания, перенесённый Елизаветой ещё осенью 2021 года, который потребовал госпитализации для комплексного обследования. Согласно материалам Лауни, в тот период врачи диагностировали начальные когнитивные нарушения и посоветовали ограничить рабочий график тремя днями в неделю.

Причины молчания дворца и какие материалы могут быть обнародованы через десятилетия

Букингемский дворец придерживается давнего правила не разглашать сведения о здоровье правящей семьи: законодательство о королевских архивах позволяет закрыть доступ к таким документам на столетие после кончины монарха. Тем не менее, Лауни настаивает, что к 2025 году определённая информация станет достоянием общественности: «Правду знает слишком много людей, и утечка данных — лишь вопрос времени».

Пока же общественное мнение расколото. Часть общества настаивает на рассекречивании архивов и признании, что за фасадом величия скрывалось ухудшающееся состояние здоровья. Оппоненты полагают, что биограф искусственно раздувает скандал вокруг естественных возрастных изменений, чтобы повысить интерес к своей новой публикации.

Королева покинула этот мир, унеся свою главную тайну в вечность. Если верить словам Лауни, её финальным решением был не собственноручный автограф на документе, а едва заметный знак доверенному лицу, которое и подменило необходимые листы.

Если же он заблуждается, то мы по-прежнему имеем дело с несгибаемым монархом, досконально выверившим каждый шаг своего ухода.

Спустя годы исторические документы, возможно, прольют свет на истину, но сегодня каждый волен верить в то, что ближе: в безупречный миф о правительнице или в образ смертной женщины, до последней минуты цеплявшейся и за власть, и за ясность мысли.