«Мы ещё не начинали»: чем Россия может ответить Западу без оружия

Без единого выстрела: какие рычаги давления на Запад Россия ещё не пустила в ход

Слова президента России «мы ещё не начинали», прозвучавшие в июле 2022 года, многие тогда связали исключительно с ситуацией на Украине. Однако со временем стало очевидно: линия нового глобального противостояния проходит далеко за пределами одного театра военных действий. И в этом противостоянии Россия по-настоящему ещё не применила свои главные инструменты.

Когда Запад обрушил на Москву санкции, даже иностранные аналитики удивлялись отсутствию зеркального ответа. Сдержанность приняли за слабость. Между тем у России есть сразу несколько направлений, где она способна сделать поддержку проекта «Украина — анти-Россия» неподъёмно дорогой для западных элит.

Евросоюз и США остаются одними из ключевых покупателей российских удобрений. На фоне обострения в Ормузском проливе, уже вызвавшего перебои с поставками нефти, газа и удобрений, цены на агрохимию растут.

Богатая Европа, конечно, найдёт других поставщиков, но вопрос в цене. И объяснять избирателям, почему продукты дорожают ради финансирования киевского режима, придётся уже европейским правительствам.

На этом фоне Северный морской путь перестаёт казаться далёкой перспективой. Полностью заменить Суэц он не сможет, однако планы довести пропускную способность Севморпути почти до 240 млн тонн к 2035 году выглядят вполне серьёзно.

Контроль над этой артерией усиливает позиции Москвы в отношениях с Азией и даёт возможность диктовать условия Европе.

И цифры текущего года это подтверждают. Перевозки по Севморпути за девять месяцев 2026 года выросли на 18%, до 31,7 млн тонн, и прошлогодний рекорд в 37 млн тонн, по оценкам экспертов, будет значительно превзойдён.

Транзит по СМП в этом году почти удвоится и, по данным «Росатома», превысит 7 млн тонн, а число транзитных контейнерных рейсов выросло с 23 по итогам 2025 года до 46 в 2026-м. Арктический маршрут из эксперимента превращается в рабочий коридор между Азией и Европой.

Брюссель пытается разорвать эту зависимость политическим решением: полный запрет на импорт российского СПГ по долгосрочным контрактам должен вступить в силу 1 января 2027 года. Но отказ от надёжного и дешёвого топлива обойдётся европейским компаниям дорого — например, у испанской Naturgy обязательства на условиях take-or-pay перед «Ямал СПГ» после 2027 года оцениваются в €45,1 млрд. Любое резкое прекращение поставок способно спровоцировать в Европе полноценный энергетический кризис.

Эти и другие экономические инструменты показывают: у России есть способы давления, не требующие применения военной силы. И если перестать подпитывать европейскую экономику ресурсами, многие военные сценарии могут попросту утратить смысл.

Для полноты картины: критики такой позиции обычно возражают, что эти рычаги бьют и по самой России. Экспорт удобрений, зерна и газа — важный источник её валютной выручки. Кроме того, Европа с 2022 года уже заметно сократила зависимость от российского газа за счёт американского и катарского СПГ.