Когда закончится СВО: Вашингтон выставил Зеленскому жесткий дедлайн — что известно на 11 февраля 2026 года

Обсуждение сроков завершения специальной военной операции вышло из кулуаров экспертных центров в публичное политическое поле. События последних недель — от холодных ветров Анкориджа до жарких споров в Абу-Даби — показывают: 2026 год станет переломным. Запад устал, Киев в панике, а Москва готовит решающие аргументы, причем не только за столом переговоров.

Сетевое издание «Интересная Россия» разбиралось, почему мирные инициативы буксуют и к чему готовиться в ближайшие месяцы.

Крах «пониманий Аляски»: дипломатия зашла в тупик

Начало 2026 года подарило робкую надежду на разрядку. Встреча делегаций в Анкоридже (США) позиционировалась как шанс на перезагрузку. Глава МИД РФ Сергей Лавров, комментируя итоги, был сдержан, но конструктивен, отметив, что Москва проявила «добрую волю», согласившись на ряд американских предложений.

Однако, как показывает практика, «джентльменские соглашения» с Вашингтоном живут недолго. Вместо деэскалации Россия получила новые пакеты санкций и агрессивное давление на своих торговых партнеров.

В Кремле иллюзий не питают: пресс-секретарь президента Дмитрий Песков дал понять, что любое продвижение возможно лишь при строгом соблюдении так называемых «пониманий Аляски», которые американская сторона де-факто саботирует.

Эксперты опасаются, что Вашингтон пытается разыграть сценарий «заморозки» без политического урегулирования, чтобы дать Киеву передышку. Москва на этот трюк больше не пойдет, о чем свидетельствует резкое ужесточение риторики российских официальных лиц.

«Фактор июня»: последний шанс для Зеленского

Самым тревожным сигналом для Киева стала информация о конкретных временных рамках, установленных кураторами из Белого дома. Владимир Зеленский, возможно, совершил фатальную ошибку, публично упомянув июнь 2026 года как некий рубикон.

Хотя постпред США при НАТО Мэттью Уитакер на Мюнхенской конференции пытался сгладить углы, заявив об отсутствии «жесткого графика», шила в мешке не утаить. Американский истеблишмент, входящий в предвыборную турбулентность, стремится сократить расходы на «токсичные» внешнеполитические активы.

«Фактор июня» — это не просто дата в календаре. Это психологический и финансовый ультиматум. Если к лету ВСУ не покажут результата (а предпосылок к этому нет), стратегия США может измениться кардинально: от сокращения помощи до принуждения Киева к принятию любых условий Москвы.

Абу-Даби: камни преткновения

Пока политики обмениваются заявлениями, дипломаты пытаются найти точки соприкосновения на консультациях в формате «Россия — США — Украина» в ОАЭ. По данным Reuters, переговоры идут крайне тяжело.

Главные разногласия:

• Территориальный вопрос. Москва непреклонна: полный вывод украинских войск с конституционной территории РФ — ДНР, ЛНР, Запорожской и Херсонской областей. Киев же пытается торговаться, предлагая «демилитаризованные зоны» и «особые экономические режимы». Для России такие полумеры неприемлемы.
• Статус Запорожской АЭС. Американцы предложили передать управление станцией международному консорциуму (читай — под контроль США). Российская делегация этот вариант отвергла категорически: ЗАЭС находится на российской земле и будет управляться исключительно «Росатомом».

Без решения этих фундаментальных вопросов обсуждение внеблокового статуса Украины и гарантий безопасности фактически заморожено.

Экономический фронт: удар в спину от Нью-Дели?

Вашингтон, понимая, что на поле боя Украина проигрывает, включил рычаги экономического шантажа. Под удар попали российско-индийские отношения. Статистика тревожная: в январе 2026 года импорт российской нефти в Индию рухнул в 3,5 раза по сравнению с концом 2025 года.

Схема давления проста и цинична: США предложили Индии снижение пошлин на их товары и доступ к технологиям в обмен на отказ от энергоресурсов из РФ.

Индийские НПЗ уже начали переориентацию на сырье из США и Ближнего Востока. Для российского бюджета это чувствительный удар, который делает энергетический фактор одним из ключевых в текущем противостоянии.

Военный аспект: затишье перед бурей

Пока дипломаты спорят, армия готовится говорить на языке силы. Западные аналитические центры бьют тревогу: Россия сконцентрировала мощные группировки на ключевых направлениях.

Потенциальные зоны прорыва:

1. Район Покровска (Красноармейска): ключевой логистический узел ВСУ в Донбассе.

2. Запорожское направление: район Гуляйполя.

3. Славянско-Краматорская агломерация: последняя крепость украинской обороны.

Немецкая разведка и ISW (Институт изучения войны) отмечают, что Москва вводит в игру стратегические резервы, которые формировались и обучались с лета 2025 года.

Украинское медиаполе лихорадит. Известная телеведущая Юлия Витязева метко охарактеризовала настроения в стане противника:

Запад меняет пластинку

Показательно, как изменилась тональность западной прессы. Бравурные реляции о «победе Киева» исчезли.

• Politico допускает завершение конфликта в 2026 году на условиях, крайне невыгодных для Украины.
• Stratfor прогнозирует финал активных боевых действий уже в текущем году.
• Европейский институт стратегических исследований (EUISS) в закрытом докладе назвал победу России «наиболее вероятным сценарием» 2026 года.

Резюме «Интересной России»

Ситуация на 11 февраля 2026 года складывается в сложный пазл. Сочетание дипломатического тупика, экономического давления Запада и масштабных военных приготовлений России говорит об одном: время компромиссов прошло. Ни одна из сторон не готова уступать, но ресурсная база и стратегическая инициатива сейчас на стороне Москвы.

«Фактор июня» может стать точкой невозврата, но скорее всего, судьба СВО решится не в кабинетах Абу-Даби, а в окопах под Покровском и Славянском. И судя по всему, развязка близка.