Наследство Пьера Нарцисса разделят: мать артиста пошла навстречу вдове и дочери

Спустя четыре года: семья «Шоколадного зайца» договорилась о разделе имущества. Спор об имуществе певца, длившийся четыре года, близок к завершению.

Прошло четыре года с тех пор, как не стало Пьера Нарцисса — исполнителя, чье имя навсегда связано с «Шоколадным зайцем» и эпохой «Фабрики звезд». Первая острая боль утраты давно улеглась, а вот вопрос о судьбе имущества оставался нерешенным — и для родных, и для поклонников артиста. Теперь стороны нашли общий язык: мать певца согласилась разделить активы общей стоимостью около 130 миллионов рублей с вдовой, дочерью и внебрачным сыном музыканта.

Артист, участник второго сезона «Фабрики звезд», ушел из жизни летом 2022 года в возрасте 45 лет. Как рассказал директор певца Сергей Дворцов, мать Пьера приняла общую позицию семьи, и сейчас юристы доводят до ума необходимые документы.

Финальная встреча ожидается в ближайшие месяц-два: мать артиста и его 21-летний сын Андре прилетят из Африки в Россию, чтобы поставить подписи. Лететь в Камерун российской стороне не придется.

По условиям достигнутых договоренностей часть дома перейдет дочери музыканта Каролине-Кристель, другая часть — Андре. Чайная плантация останется за матерью певца, а денежные средства распределят между всеми наследниками.

Вдова артиста Валерия Калачева спустя полтора года после смерти мужа вышла замуж за музыканта Евгения Шахрая, который старше ее на 23 года. Для 18-летней Каролины этот шаг оказался болезненным: поначалу девушка восприняла новый брак матери как предательство памяти отца и далеко не сразу приняла отчима.

Стоит отметить, что случай Пьера Нарцисса — наглядный пример того, с какими сложностями сталкиваются семьи, когда наследственная масса оказывается распределена между разными странами, а круг претендентов включает родственников из-за рубежа.

История с наследством — это не только юридические формальности, но и попытка сохранить хрупкое равновесие между памятью об артисте и реальными нуждами тех, кто остался. Теперь, когда стороны договорились, у семьи появился шанс выдохнуть и двигаться дальше — каждому своим путем, но с тем, что принадлежит им по праву.