Новый трубопровод: дорого, но он избавит мир от узкого места в Ормузском проливе

Государства Ближнего Востока, экспортирующие нефть, вынуждены искать новые маршруты для выхода на мировые рынки. Причиной стало растущее напряжение в районе Ормузского пролива — ключевой артерии для глобальных поставок углеводородов. В качестве одного из возможных решений рассматривается прокладка трубопровода в обход пролива. Эксперты, опрошенные Reuters, полагают, что в текущей ситуации этот проект может быть экономически целесообразным.

Аналитики отрасли предупреждают, что ограничение судоходства в проливе способно привести к появлению нового сбора — платы за проход. Такой шаг может предпринять Иран в отношении танкеров, идущих из Саудовской Аравии, Катара, ОАЭ и других государств региона.

Введение платы за транзит через Ормузский пролив

На сегодняшний день Иран не обнародовал официальных расценок за проход судов через Ормузский пролив. Тем не менее, в заявлениях представителей Тегерана неоднократно звучала мысль, что гарантировать безопасность транзита можно лишь при взаимодействии с иранскими службами. Подобная позиция создаёт предпосылки для использования данного фактора в качестве экономического инструмента влияния, учитывая стратегическую важность пролива для экспорта углеводородов государствами Персидского залива.

С точки зрения международного права, взимание платы за проход через естественные морские проливы является редкостью. Мировая практика не знает устоявшихся прецедентов регулярного сбора платежей за использование природных водных артерий, если не считать несколько изолированных исторических случаев.

Искусственные же судоходные пути, такие как Суэцкий и Панамский каналы, по своей сути являются платными инфраструктурными объектами, где сборы оправданы затратами на содержание и модернизацию.

Установление даже сравнительно низкого тарифа, например, в 1 доллар за баррель, способно принести контролирующей стороне миллиарды долларов ежегодно. При докризисных объемах перевозок годовой доход мог бы измеряться десятками миллиардов. Ключевым фактором, определяющим реальные поступления, станет готовность и возможность логистических компаний изменить маршруты и задействовать другие транспортные коридоры.

Трубопроводный транспорт в обход Ормузского пролива: перспективы для нефтяных грузов

Поиск альтернативных маршрутов для экспорта углеводородов остается в центре внимания. Перспективным направлением видится наращивание мощностей трубопроводных систем государств Персидского залива, в частности, использование саудовского маршрута к побережью Красного моря.

Но и этот путь не лишен опасностей, поскольку требует прохождения через акваторию Баб-эль-Мандебского пролива — зону, где сохраняется высокая вероятность инцидентов и нестабильности.

Другим инженерным ответом может стать строительство новых магистральных трубопроводов от месторождений Саудовской Аравии, Кувейта, Ирака и ОАЭ к оманским портам. Такие инициативы позволят полностью избежать двух главных «горлышек бутылки» в глобальных нефтяных перевозках — Ормузского пролива и путей, ведущих через Красное море.

Выбор между транзитными сборами и инвестициями в инфраструктуру

Согласно расчетам зарубежных экспертов, реализация подобных планов потребует прокладки трубопроводов длиной свыше тысячи километров с высокой производительностью, возведения новых терминалов и развертывания систем безопасности для стратегических объектов. Совокупные инвестиции в эти проекты могут достигать десятков миллиардов долларов, что сравнимо с потенциальными многолетними расходами на оплату транзита.

Экономический анализ выявляет дилемму: с одной стороны, сохраняется перспектива долгосрочных платежей за транзит, с другой — требуются масштабные инвестиции в инфраструктуру для минимизации рисков на экспортных направлениях.

Ситуацию осложняет фактор политической нестабильности. Установление тарифов или введение ограничений в Ормузском проливе напрямую связано с развитием регионального конфликта и расстановкой сил с участием Ирана, государств Персидского залива и внешних держав. Подобная неопределенность затрудняет стратегическое планирование и подталкивает к активному формированию запасных логистических маршрутов.